Великий диктатор
Я не ангел
Никогда в воскресенье
Тереза и Изабелла
Природа зла
Кукольное личико
Амок
На Западном фронте без перемен
491
Белокурая Венера
Инцидент на "Бедфорде"
Лорна
Восторг идиота
Пылающие создания
Я, женщина
Парни Джеймса в Миссури
Чудо
Месть на рассвете
Сорняк
Кудряшка
Бремя страстей человеческих
Лис
Любовь за алименты
Амистад
Дух 76 года
Соблазн
Крестное знамение
Безумие рифера
Любовники
Кэнди
Юность Максима
Блокада
Луна голубая
Экстаз
Я любопытна - фильм в желтом
Пинки
Тото, который жил дважды
Райский сад
Незнакомец пришел обнаженным
Молодо - Зелено
Чистота
Она была неправа
Любовь под вязами
Банни Лейк пропала
Последний киносеанс
Суровое испытание
Синди и Донна
Бракованный товар
Северная звезда
Рыжеволосая женщина
Непристойное кино
Куколка
Анатомия убийства
Любовник леди Чаттерли
Одетый для убийства
Рождение ребенка
Девичий источник
Тело женщины
Кармен, детка
Прирожденные убийцы
Похождения Челлини
Житие Брайана
Мама и Папа
Женщины мира
Разыскивающий
 




Чудо | The Miracle
Чудо | The Miracle

Киноновелла «Чудо» рассказывает о Нанни, бедной простой крестьянке, которая пасет коз, чтобы заработать на жизнь. Она очень набожна и мечтает, чтобы Господь забрал ее на небеса и положил конец ее беспросветному существованию. Когда будто бы из ниоткуда появляется бородатый старец в мудром и одновременно мягком исполнении Федерико Феллини. Нанни представляет, будто он — святой Иосиф, ее любимый святой, и умоляет его взять ее на небеса. Путник угощает ее вином, и чем больше вина выпивает Нанни, тем более безудержно она себя ведет, до тех пор, пока, кажется, не достигает религиозного экстаза. После этого в фильме делается намек на то, что путник соблазняет простую женщину. Нанни просыпается и обнаруживает, что путник ушел. Ее восприятие притуплено вином, она сомневается, был ли он вообще, и, видимо, не помнит, что ее соблазнили. Старый священник, которому она исповедуется, соглашается, что, возможно, у нее было видение, однако его молодой коллега настроен более скептически.

Проходит несколько месяцев, в течение которых Нанни продолжает быть очень набожной. Когда она падает в обморок, присматривая за детьми, матери которых собирают виноград, женщины осматривают ее и понимают, что она беременна. Сначала это пугает Нанни и приводит в замешательство. Через некоторое время она выкрикивает: «Это милость Божья!» — и в порыве благодарности вбегает в церковь и бросается на пол около статуи святого Иосифа. В последующие месяцы, так как Нанни верит, будто носит под сердцем Христа, она отказывается выполнять грязную работу. Старшие женщины в деревне жалеют Нанни и втихомолку посмеиваются над ее поведением, но молодые — открыто издеваются над ней. В одной сцене батрачки сначала подыгрывают ей в ее фантазии, потом толкают и пихают и наконец надевают ей на голову металлический таз вместо нимба. Нанни убегает, собирает свое тряпье и живет одна в пещере до самых родов. Когда приходит время, она направляется в деревню, но, вспомнив об обидах, причиненных ей, меняет решение и идет в церковь, стоящую высоко на холме.
Обнаружив, что дверь заперта, Нанни уже готова отчаяться, но тут появляется коза, которая приводит ее к открытой боковой двери. Как только Нанни оказывается в церкви, у нее начинаются родовые схватки. Роды в фильме не демонстрируются. Вместо этого грустное лицо Нанни расплывается и сменяется счастливым выражением, вызванным рождением ребенка. Когда до зрителей доносится плач ребенка, Нанни страстно выкрикивает: «Мой сыночек! Любовь моя! Плоть моя!»

Фильм вызвал неоднозначную реакцию и в Италии, и в Соединенных Штатах. Католические цензоры в США развили бурную деятельность, в то время как их итальянские коллеги лишь высказали вслух свое неодобрение. Фильм не вызвал никаких серьезных возражений, когда был впервые продемонстрирован в августе 1948 г. на Венецианском кинофестивале вместе с «Человеческий голос» под рабочим названием «Любовь». Позже директор фестиваля в письменных показаниях под присягой заявил, что комитет Венецианского кинофестиваля не принял бы эту картину, если бы она оказалась «богохульной». Пьеро Реньоли, кинокритик ватиканского издания, выразил поддержку основной части работы Росселлини, однако назвал фильм претенциозным и предположил, что он может спровоцировать «серьезные вопросы религиозного характера». В статье, появившейся в выпуске газеты от 11 февраля 1951 г., говорится, что в октябре 1948 г., через месяц после премьеры фильма в Риме, Католический кинематографический центр, агентство по цензуре Ватикана, определил, что «Чудо» «с религиозной и моральной точки зрения, в сущности, представляет собой омерзительную профанацию», тем не менее итальянские правительственные цензоры разрешили показывать фильм по всей Италии. Христианская демократическая партия, по существу католическая партия Италии, прекрасно отозвалась о фильме в партийной газете как о «красивой вещи, по-человечески прочувствованной, живой, правдивой, без религиозных профанаций, как кто-то заявлял, так как, в нашем представлении, значение персонажей абсолютно ясно и нет никакой возможности неправильного истолкования». Даже Реньоли во втором обзоре от 12 ноября 1948 г. одобрительно отозвался о мастерстве Росселлини, хотя и покритиковал «плоскость» фильма и изображение в нем незамужней матери. Ни один из итальянских критиков, католик или нет, не заявил, что этот фильм богохульный.

Джозеф Бёрстин, американец, дистрибьютор художественных фильмов и предприниматель, специализировавшийся на зарубежном кино и менеджменте художественных театров, импортировал фильм «Чудо», который без труда прошел через американскую таможню, а в марте 1949 г. отделение художественных фильмов департамента образования штата Нью-Йорк выдало разрешение на демонстрацию фильма без английских субтитров. Бёрстин не демонстрировал эту картину, пока не присоединил к ней еще два короткометражных фильма, «День в деревне» Жана Ренуара и «Жофруа» Марселя Паньоля, и представил всю трилогию с английскими субтитрами под названием «Пути любви». Под новым названием 30 ноября 1950 г. фильму тоже выдали лицензию на демонстрацию в отделении художественных фильмов департамента образования штата Нью-Йорк. Двенадцатого декабря 1959 г. состоялась премьера в кинотеатре Рапз на 58-й улице в Манхэттене, а к 24 декабря 1950 г. фильм уже стал предметом протестов, организованных членами Общества добродетельных католиков. Поддавшись давлению, Эдвард Т. Мак-Кэффри, руководитель отдела лицензий города Нью-Йорка, проинформировал управляющего кинотеатром Рапз, что считает фильм «Чудо» богохульным, и сказал, что отнимет у кинотеатра лицензию, если ленту не снимут с проката. Мак-Кэффри заявил, что «эта картина оскорбила религиозные убеждения сотен тысяч граждан». Кинотеатр пошел на уступки. Однако дистрибьютор добился временного запрета действий руководителя отдела лицензий и подал иск в Верховный суд штата Нью-Йорк, который 5 января 1951 г. постановил, что ни один городской чиновник не имеет права вмешиваться в демонстрацию художественных фильмов, на которую штат официально выдал лицензию.

Показ фильма в кинотеатре Рапз возобновился. В воскресенье, 7 января 1951 г., после того как кардинал Спеллмэн, глава епархии епископа в Нью-Йорке, зачитал заявление на всех мессах в соборе Святого Патрика с призывом к католикам бойкотировать фильм и все кинотеатры, в которых он идет, сотни людей стали пикетировать кинотеатр Рапв каждый вечер в течение трех недель. Комиссия Нью-Йорка по цензуре сообщала, что получила множество жалоб, и в феврале 1951 г., посмотрев фильм «Чудо», отобрала лицензию на демонстрацию на основании того, что он является «богохульным».

Бёрстин забрал фильм из кинотеатра Рапз, а потом подал жалобу в отделение по апелляциям Верховного суда штата Нью-Йорк, который поддержал решение комиссии в деле «Компания против Уилсона (1951)». (Уилсон был главой отдела образования штата в Нью-Йорке, который аннулировал лицензию.) В апелляционном отделении вынесли решение, что запрет фильма, «который справедливо можно назвать богохульным по отношению к представителям любой религии... прямо относится к общественному покою и порядку», а не к отрицанию свободы вероисповедания. Адвокаты Бёрстина подали апелляцию в Апелляционный суд штата Нью-Йорк, заявив, что решение нарушает Первую и Четырнадцатую поправки, посягает на свободу вероисповедания и опирается на расплывчатый термин «богохульный», который «не предоставляет ориентиров для административной власти». Голосованием пятеро против двух суд подтвердил решения комиссии по цензуре и апелляционного отделения и в деле постановил, что термин «богохульный» является надежным стандартом для цензуры.

Тогда адвокаты Бёрстина подали апелляцию в Верховный суд США, где она была заслушана 24 апреля 1952 г. Изучив доказательства и связанные с этим дела, судьи написали: «Мы выносим заключение, что выраженное посредством художественного фильма подпадает под гарантированную Первой и Четырнадцатой поправками свободу слова и прессы». В длинном решении судьи изучили множество стандартных словарей, «издания энциклопедии "Британника" почти за два века» и другие работы и выявили «юридическое определение богохульства». Они заключили: «Именно невозможность узнать, насколько хороши слова, с помощью которых Апелляционный суд штата Нью-Йорк объяснил термин „богохульный", влечет за собой исключение религиозных предметов, которое и делает этот термин расплывчатым с конституционной точки зрения». Так как штат Нью-Йорк в делах против фильма сделал термин «богохульный» единственным стандартом, суд определил: «Для нас нет необходимости решать, например, может ли штат подвергать цензуре художественные фильмы в соответствии с четко составленным законом, применяемым для предотвращения демонстрации непристойных фильмов. Этот вопрос сильно отличается от того, который мы решаем сегодня. Мы только полагаем, что в соответствии с Первой и Четырнадцатой поправками штат не может запретить фильм на основании заключения цензора о том, что он является "богохульным"».

Решение по этому и другим делам предоставили кинопромышленности конституционные гарантии свободы слова и прессы, которые ранее отрицал Верховный суд. Решение по делу провозглашало, что художественный фильм не подпадает под защиту свободы слова. В единогласном решении по этому делу суд написал:

Нельзя закрыть глаза на то, [что демонстрация фильмов] — простой бизнес, который создавался и ведется в целях получения выгоды, как и другие зрелища, и не может рассматриваться в качестве прессы или органа общественного мнения. Это всего лишь отражение событий, идей и чувств, обнародованных и известных, ярких, полезных и развлекательных, но... способных причинять зло, имеющих силу, еще большую благодаря их привлекательности и манере демонстрации.

Вынеся решение по делу о фильме «Чудо», Верховный суд издал пять судебных мнений для пересмотра постановлений верховных судов штатов, поддержавших решения комиссий по цензуре о запрете фильмов. Ссылаясь на решение по делу о фильме «Чудо» «Бёрстин против Уилсона (1952)», судьи изменили основания для цензуры художественных фильмов, отменив все критерии, кроме одного («непристойность»), которые использовались почти пять десятилетий городскими комиссиями и комиссиями штатов по цензуре для отказа в демонстрации фильмов. В решениях Верховного суда по делам о цензуре, включая дела о таких фильмах, как «Карусель», «М», «Пинки», «Луна голубая» и «Сын Америки», говорилось, что все применяемые ранее термины, как-то: «аморальный» или имеющий тенденцию «извратить мораль», «безнравственный», «образовательный», «развлекательный» или «безвредный», «имеющий пагубный характер для интересов населения данного города», «жестокий», «непристойный», «недостойный» или «потворствующий преступлению», — были слишком широкими, чтобы являться достаточным критерием для запрета демонстрации фильмов.

Калигула
Золотой век
Песнь любви
Спартак
Лолита
Вне закона
Основной инстинкт
Дракула
Испания в огне
Мартин Лютер
Уродцы
Профессор Мамлок
Новички
Седьмое декабря
Франкенштейн
Вудсток
Жестяной барабан
Дон Жуан
Самый легкий путь
Шпион
Карусель
Сын Америки
Октябрь
Чужой стучится в дверь
Связной
Эммануэль
Изгоняющий дьявола
Анна и король
Человек с золотой рукой
Прощай, оружие!
Сладкая жизнь
Безумцы из Титиката
Водоворот
За зеленой дверью
Алиби
Лицо со шрамом
Место наверху
Клеймо
Вива, Мария!
Рождение нации
Список Шиндлера
Окна
Красотка девяностых годов
Энн Викерс
Последнее танго в Париже
Голая правда
Мегера
Трамвай "Желаний"
Дети завтрашнего дня
Фрекен Жюли
 
Гитлер, Италия, Нью-Йорк, Париж, Рим, Россия, Франция, Чаплин, агент, адвокат, акробат, алиби, амфитеатр, аристократ, артист, барабан, бизнес, биография, бокс, вампир, вера, вестерн, власть, водевиль, война, волк, врач, гангстер, гетто, гладиатор, граф, графиня, граффити, деньги, деревня, дети, джаз, дневник, драматург, еврей, жизнь, журналист, завод, закон, император, интервью, интрига, ирония, искусство, история, капитан, карлик, кафе, клуб, колледж, командир, комедия, комиссар, коммунизм, концерт, корабль, король, красота, лагерь, легенда, летчик, лилипут, любовь, марихуана, молодежь, монархия, монстр, мораль, море, музыка, музыкант, мюз, мюзикл, наркоман, нацизм, нацист, нация, немец, новости, нудисты, обман, обольщение, общежитие, одержимость, опера, остров, охота, папарацци, пародия, партия, пациент, певец, плен, подростки, покер, полиция, преступник, приключения, принц, противостояние, пьеса, раб, рабочий, радио, расизм, рассказ, ребенок, революция, реклама, религия, реформация, роман, романтика, рыбак, сатира, свобода, семья, сержант, силач, солдат, спецслужба, сражение, страсть, студент, судно, сценарий, сюрреализм, талант, танго, театр, телевидение, толпа, трущобы, тюрьма, учитель, фашист, ферма, фестиваль, фронт, хиппи, художник, цирк, чудовище, шериф, школа, шоу, шпион, экзотика, эксперимент, эстрада